bdsmion

БДСМ сообщество
 
Культурный центр BDSM
Здесь светло!
Добро пожаловать!

Вход

Что такое БДСМ? Что такое bdsmion.com?
Безопасный режим
Безопасный режим скрывает весь основной графический контент сайта (эротические фотографии, фотографии пользователей и т.д.).

Таким образом, Вы можете общаться и просматривать сайт, не опасаясь случайных досужих глаз (на работе, в интернет-кафе и других публичных местах). Это также экономит Ваш трафик.
   

Тема «Маленькая сказка про дракона»


 
  Naira

11Апр2014

21:09:38

 
Это кусочек, написавшийся в рамках форумной игрушки.
Базовый мир взят был ГП, но мы от него усайгачили в какие-то невообразимые дебри.
Чтобы было понятнее:
Действие происходит не на Земле.
Сеттхари - правитель одного из местных государств. Раса - дракон. Вообще, мы, в процессе игры, свойства драконов неплохо расписали, но сейчас их излагать, даже вкратце, очень лень.
Кресс и прочие упоминающиеся - собственность Сеттха.
Бранн по происхождению землянин, остальные - местные.


***

Сеттхари, выйдя от Бранна, пересек коридор и распахнул дверь в покои Кресса. Тот был ранней пташкой, но сегодня припозднился. Во всяком случае, в тот момент, когда дракон вошел в гостиную, наложник завтракал, заодно что-то читая прямо за столом. Увидев хозяина, рыжий вскочил со своего места и плавно опустился перед драконом на колени, приветствуя его. Сеттхари порывисто подошел к наложнику, поднял на ноги и, крепко поцеловав, отпустил.
— Я пришел еще раз извиниться за вчерашнее и... ты намекнул что в гареме что-то происходит, Кресс, — улыбнулся дракон, усаживаясь в одно из кресел. Рыжий забрался господину на колени и крепко прижался к нему.
— Хари, я принадлежу тебе и... ты не должен извиняться, — выдохнул он. — А происходит... Митас и Верлен затеяли драку...
— Опять Митас? — со вздохом переспросил Сеттх, обнимая любимца. — И... о чем на сей раз драка?
— Они поцапались, отчаявшись на словах выяснить кого из них ты предпочитаешь, господин, — ответил Кресс, наслаждаясь объятием.
— Зачинщик, конечно, Митас? — продолжил расспросы хозяин гарема и, получив утвердительный кивок, покачал головой. — Ума не приложу, что с ним делать, но его ревность переходит все границы. Третья склока за два месяца, явным инициатором которой он выступает, — это слишком.
— Он действительно ревнует тебя. И... чем дальше — тем больше, — подтвердил опасения дракона наложник.
— Мне вот что невдомек: почему, скажем, ты не ревнуешь? — задал риторический вопрос Сеттхари, с удовольствием запуская пальцы в рыжие пряди.
— Хари, я знаю, что тебя не переделать, это с одной стороны. С другой... кому еще ты позволяешь то, что мне? Кому еще ты себя способен доверить таким образом, как мне? Ну, Сириус и его брат не в счет: они совершенно особый случай: ни тот ни другой — в общем-то не являются твоими рабами, в отличие от меня, мой дракон,— светло улыбнулся Кресс, отдаваясь ласке, даримой ему. — И... ты сказал мне, что я особенный для тебя, что я тебе нужен и дорог и... я верю тебе. Вот поэтому — я не ревную.
— А как же твоя неуверенность в своей привлекательности для меня? Она разве не подвигает завидовать более молодым? — поинтересовался Сеттх.
— Ну... еще какое-то время я смогу радовать тебя своей красотой, а потом... Конечно, юности это не веренет, но умения, которыми я обладаю, опыт и знания — никуда не уйдут. Может быть я не буду столь красив, но... Теперь я верю, что ты не вышвырнешь меня, как испортившуюся вещь и буду счастлив служить тебе. Может быть не в роли постельной забавы, а в какой-то другой...
— Юное тело радует взгляд, но... я надеюсь, что к тому моменту, как ты постареешь мы станем с тобой не только хозяином и рабом, не только любовниками, но и друзьями и... нам обоим не будет больно от того, что я предпочитаю видеть в своей постели не тебя. Но об этом рано думать, Кресс, — улыбнулся дракон. — Сколько тебе лет? 24?
— Больше, Хари. 28, скоро 29, — тихо ответил Кресс, пряча глаза.
— Хм... до этой минуты я считал, что 24... — протянул дракон, поворачивая лицо рыжего к себе.
— Я... солгал тогда торговцу, надеясь, что он передумает и... не знаю, отпустит меня, а потом так и пошло, а ты никогда до этого не спрашивал, — не поднимая глаз, ответил наложник. — Кроме того, я... в общем, можно сказать, что немного колдун. Но не такой, как твой чародей или Сириус. Люди из моего племени — живут долго и умеют с помощью специальных упражнений поддерживать молодость. И...когда ты берешь меня в свою постель ты так щедро делишься со мной... чем-то, я не знаю чем, но это... это позволяет мне выглядеть так, чтобы нравиться тебе, оно увеличивает эффект от обычных моих упражнений. Я всегда себя лучше чувствую после ночи с тобой, при том не важно — снизу я или сверху. Даже когда я сопротивлялся тебе и ты брал меня силой — было так.
— Тебе пора подумать о детях, — задумчиво протянул Сеттх, обдумывая услышанное. Новым подобное явление для него не было, но он не подозревал об этом свойстве Кресса и это было приятным открытием. — У тебя есть кто-нибудь на примете?
Кресс мотнул головой, удивленно поглядев на господина.
— Тебе не нравятся девушки? — уточнил дракон.
— С тех пор, как я с тобой, я не думал об этом, господин, — смиренно ответил Кресс. — А до того, как меня продали, я был совершенно невинен, хотя... девушки мне, вроде бы, нравились.
— Подумай об этом, ладно? — попросил дракон. — Если тебе приглянется одна из моих наложниц, я уступлю ее тебе. Если она разделит твое чувство и магия подтвердит это, я отпущу вас обоих, — пообещал Сеттхари.
Из гарема дракона было несколько выходов. Обычный — вперед ногами, раньше срока или в положенное время. Изобретенный лично Сеттхом — турнир, но наложник оставался рабом, просто менял хозяина. Может быть он и был у него единственным и в итоге любимым, но все-таки рабом. Также наложника могли подарить другому, но там он тоже обычно попадал в гарем, поэтому подобный выход, по сути таковым не был.
Но был и еще один путь. Мало кто о нем помнил, и еще меньше им пользовались, потому, как драконов, которым было не наплевать на чувства наложников были единицы. Когда-то давно эта раса была более человечной и тогда этот выход использовался довольно регулярно. А выход был прост: если наложник по достижению им трех десятков лет влюблялся в женщину из гарема своего господина и эта женщина отвечала ему взаимностью, проводился специальный обряд и магия, если чувства этих двоих были достаточно сильны, стирала метку дракона, разрушая связь между господином и бывшими рабами.
— Это не противоречит традициям, а к моей эксцентричности все давно привыкли. Если кому-то что-то не нравится... пусть отправляются к Гесетту! — эмоционально воскликнул Сеттх, внимательно глядя на рыжего.
— А... разве раб может стать свободным? — удивленно спросил Кресс. Он никогда ни о чем подобном не слышал и слова господина поразили его.
— Обычно — нет. Он освобождается только со смертью, но... есть способ, — ответил дракон, после чего рассказал о древнем обряде.
— Я не знал этого, — растерянно произнес Кресс. Он довольно давно смирился с тем, что принадлежит лорду Фрипорта, и новая информация выбила его из колеи.
— Об этом почти забыли, а я... я люблю историю и древние фолианты. Там можно многое почерпнуть, — улыбнулся дракон. — Но это не значит, что я прогоняю тебя или хочу избавиться, Кресс, — поспешил уточнить он: после общения с Бранном, дракон осознал, что любой его жест, любое слово, можно трактовать настолько превратно, что оставалось только диву даваться. — Если ты выберешь женщину, ты сможешь остаться рядом как свободный человек. Тебе найдется занятие в моем замке, да и из моей постели тебя никто не прогонит.
— Мне надо обдумать все это, господин, — все также растерянно сказал рыжий.
— У тебя на это есть время, — успокоил его Сеттхари. — Но вернемся к исходной теме разговора. Митас... Он беспокоит меня. Сейчас все склоки, которые происходят на половине гарема, так или иначе — его рук дело. Похоже... придется избавиться от него. На пиру я видел, что на него заглядывался лорд Арран... И если Митас не образумится, я, пожалуй, подарю его этому горовинцу. Пусть он мучается, а тут настанет тишина. Ну, во всяком случае, на некоторое время.
Кресс пожал плечами.
— Ты знаешь, что я неплохо отношусь к Мтасу. Он хороший парень, но... Решать, в любом случае, тебе, Хари, — отозвался он.
— Конечно мне. Просто... вдруг у тебя есть идеи, как образумить его? — спросил дракон.
— Я пытался с ним разговаривать, но он начинает злиться, и не слышит меня, — ответил Кресс. — Я был его куратором, но с тех пор он очень изменился. И, на мой взгляд, не в лучшую сторону.
— Ладно, пойду учиню разбирательства, — вздохнул Сеттхари и, благодарно поцеловав наложника, покинул его.

***

Настроение Сеттха было достаточно миролюбивым, но он знал, что устроить детальный разбор произошедшего — необходимо. Если то, что учинили Митас и Верлен оставить без последствий, в гареме, с неизбежностью, начнется разброд и шатание. Слишком замкнутым был коллектив, слишком мало у людей, находящихся в нем, было реального дела. Сеттх как мог старался занять своих наложников, но условности и традиции, которым он был вынужден следовать, очень ограничивали круг этих занятий.
“Похоже, пришла пора уменьшить размер моего гарема… — рассеянно размышлял лорд Фрипорта, неспеша шагая по коридору. — У меня есть безусловные любимцы, но их немного, а остальные… изнывают от скуки и безделья.”
В гареме правителя Фрипорта, в последние годы, крайне редко кто-то погибал. Не обходилось, конечно, без эксцессов, но все-таки это были единичные случаи, а новые жители появлялись, без специальных усилий дракона. Последним примером был Фаррел, с которым было непонятно, что делать, но отказаться от подарка было невозможно. Сеттх редко сам покупал наложников и Сириус, также как и Кресс были куплены только потому, что чем-то действительно зацепили лорда Фрипорта. Он не жалел о своем приобретении ни секунды: землянин был совершенно уникален не только баснословностью цены, за него заплаченной, но и много чем еще. Кресс тоже оказался весьма необычным приобретением. Но все-таки обычно, даже если Сеттхари и присутствовал на торгах, уходил он так и не сделав покупки. Просто ему было достаточно тех рабов, что у него уже наличествовали, а новые — появлялись сами.
Дойдя до общего зала, хозяин гарема окинул рассеянным взглядом присутствующих там юношей, которые завидев господина, попадали на колени, склоняясь в поклоне. Заприметив виновников давешнего происшествия, он жестом подозвал обоих к себе, а когда те с виноватым видом приблизились, поинтересовался:
— Думаю, вы оба понимаете, что будете наказаны? — спокойно поинтересовался дракон. Парни синхронно кивнули под тяжелым взглядом господина. — Идите за мной, — велел Сеттх, разворачиваясь и стремительно направляясь в помещение, в котором обычно проходили наказания провинившихся.
Зайдя в обширную комнату, дракон дождался, пока двери закроются, после чего велел.
— Раздевайтесь.
Оба наложника, испуганно глянув на хозяина, разоблачились и замерли, ожидая дальнейшего, а дракон, неспеша подойдя к ним, обошел по кругу сначала одного, потом другого, а потом спокойно спросил:
— Ну, и по какому поводу была драка?
Юноши молчали, и это начало злить Сеттхари.
— Я задал вопрос… — напомнил он ледяным тоном.
— Господин, — начал Митас. — Он, — наложник кивнул на второго юношу, — утверждал, что он больше нравится тебе, но… это ведь не так! — воскликнул он, не обратив внимания, что хозяин нахмурился при этих словах.
— Это повод устроить драку? — поинтересовался дракон. — Я давал тебе разрешение наносить вред моей собственности, Митас? Или, может быть, у тебя есть такое разрешение, Верлен?
— Нет, господин, — опускаясь на колени, пролепетал Варлен. Митас же насупился и обиженно засопел.
Дракон обвел обоих тяжелым взглядом и задумался.
— Я верно понял суть конфликта: вы поспорили по поводу того, чью задницу я предпочитаю? Так? — уточнил он грозно. — И решили, что драка — это лучший способ это выяснить?
— У меня три кольца, а у него… — начал Митас, но хозяин так на него поглядел, что наложник замолк на полуслове.
— У него два, — согласно кивнул дракон. — Но, по-моему, это не повод поднимать на него руку. Ты мог бы и уяснить, что количество колец… не всегда соответствует моим предпочтениям. Но… в данном случае это не важно. Каждый из вас хотел доказать, что он лучше, так? Что ж… я предоставлю вам эту возможность, — не предвещающим ничего хорошего тоном, пообещал дракон. — Покажите-ка мне себя, — велел он.
Митас изящным, выверенным жестом опустился на колени и наклонился, предоставляя господину любоваться открывшимся видом. Верлен, сделал то же самое, с той лишь разницей, что до этой минуты он уже стоял на коленях.
Дракон задумчиво окинул их взглядом, а потом подошел к стене и снял с одного из крюков жесткий короткий хлыст.
— Очень милая картина, — мурлыкнул дракон, постукивая кончиком хлыста по ноге. — Пожалуй… немного не хватает красок… — добавил он, словно бы размышляя. — Десять ударов. Каждому, — вынес он приговор, подходя к Митасу. — Раскройся полностью, — велел он.
Митас побледнел, но исполнил приказание и развел руками ягодицы. Верлен тихо всхлипнул, понимая, что следующий в очереди он, а дракон, тем временем, прицелился и нанес первый удар. Он умел бить и умел это делать профессионально, поэтому, в конце экзекуции наложник ощущал жгучую боль, но был вполне дееспособен. Закончив сечь Митаса, Сеттхари отошел от него и подошел ко второму юноше, тот, не дожидаясь приказа, покорно раскрылся перед господином.
Митас опустил руки и Сеттхари ледяным тоном поинтересовался:
— Ты получил разрешение изменить позу?
— Нет, господин, — хрипло ответил светловолосый парень, возвращаясь в предыдущее положение, а дракон, удовлетворенно кивнув, приступил к наказанию Верлена.
Когда экзекуция была закончена, хозяин гарема, поглядывая на наказанных, вернул хлыст на место и, удобно устроившись на обширной тахте, позвал:
— Идите сюда. Оба.
Наложники пулей метнулись к хозяину, и дракон жестом показал, что от них требуется. Оба юноши были очень умелы, и через некоторое время мужское достоинство повелителя Фрипорта пришло в полную боевую готовность. Дракон утянул на себя Митаса, развернул спиной к себе и заставил опуститься на член и, жестко задавая ритм, рыкнул от удовольствия. Через некоторое время он приказал Верлену:
— Сделай так, чтобы он кончил.
Наложник подрагивая от боли, которую испытывал, принялся исполнять указание и через некоторое время Митас оказался очень близок к оргазму, но кончить в рот Верлена дракон ему не дал, отстранив того в самый последний момент. Семя Митаса брызнуло на лицо Верлена, и светловолосый обмяк в руках господина.
— Теперь ты, — скомандовал Сеттхари, отстраняя Митаса и показывая Верлену на свой все еще стоящий член.
Тот протянул руку, чтобы вытереть лицо, но дракон остановил этот жест:
— Нет, — резким тоном произнес он. — Я не разрешал вытираться.
Наложник опустил руку, и занял место на члене господина.
После такой порки, что подверглись юноши, это было очень больно, но оба понимали, что если примутся спорить — все будет еще хуже.
Некоторое время Верлен двигался в жестко задаваемом ритме, тихо поскулившая, дракон наслаждался ощущениями, которые испытывал, поглядывая на Митаса. Тот, судя по выражению лица, решил, что наказание закончено, но у хозяина гарема было по этому поводу совершенно другое мнение и в какой-то момент он отдал светловолосому такой же приказ, как некоторое время назад его предшественнику.
Дальше повторилось то же самое, только ко всему прочему, вместе с тем, что семя Верлена брызнуло на лицо Митаса, Сеттхари кончил и сам.
— Теперь у вас одинаковое количество колец, — сообщил он, ссаживая с себя наложника.
Поднявшись с тахты, дракон привел в порядок свою одежду и оглядел юношей.
— Умоетесь вечером, — распорядился он. — Иди Верлен.
— Спасибо, господин, — пискнул тот и моментально испарился из комнаты, прихватив свои вещи.
— Слушай меня внимательно, — обратился Сеттхари к оставшемуся юноше. — Я предупреждаю в последний раз. Если я хотя бы заподозрю, что ты виноват в любой склоке в гареме — я избавлюсь от тебя.
— Но, господин! — воскликнул Митас.
— От тебя больше проблем, чем пользы, — холодно сказал дракон. — Ты переходишь дозволенные рамки, и мне не нравится это. Я много раз тебе пытался по-хорошему объяснить, что твоя ревность — бессмысленна, но ты не желаешь меня слышать. Ты знаешь, что я добрый хозяин. Но это не повод испытывать мое терпение. Видимо, тебе нужен кто-то другой, раз ты так ведешь себя. Думаю, лорд Арран будет для тебя лучшим хозяином, чем я.
Дракон сказал все, что хотел сказать и жестом отпустил раба. Тот, не смея больше спорить и возражать, удалился, а Сеттхари, посмотрев ему вслед, подумал, что подарит его горовинцу в любом случае: дракон еще помнил, как Митас подставил Сириуса и последние выходки были последней каплей.
Закончив воспитательный процесс, повелитель Фрипорта отправился в свои покои, надеясь найти Бранна, но землянина, к сожалению, там не оказалось. Дракон подумал, что, наверное, тот еще у Фаррелла и направился в кабинет. Дел, требующих внимания правителя в этот день было на удивление мало и времени для их разбора потребовалось никак не больше двух часов, а Бранн так и не объявился. Это было странно и заставило дракона начать нервничать.
Отложив последнюю бумагу, Сеттхари поднялся из-за стола и решительно направился к покоям, отведенным Бранну, подумав, что может быть тот не захотел отрывать его от дел и находится у себя, и к огромному облегчению действительно обнаружил беспокойного любимца там.
— Ты чего ко мне-то не пришел? — поинтересовался Сеттхари, усаживаясь рядом с человеком.



Вы открыли одну из ветвей топика.
 
  bond

26Май2014

05:28:41

 
Интересно, но как-то странновато:-))) Драконы могут человеческий облик принимать, или нет?:-)
 
  Naira

29Май2014

22:07:33

 
Ну, в этом фентезийном мире моего измышления у расы драконов три формы: вполне человеческая.
Боевая трансформа - двуногое прямоходящее, бронированное, когтистое, клыкастое, хвостатое, оч сильное.
Последняя форма - собственно, именно дракон - с крыльями и прочим, что там ему полагается.



К началу топика